Турнир Miami Open имел семь лет, чтобы решить свою проблему с дождями. Он предпочел этого не делать. Срыв всех 37 запланированных матчей в среду на Miami Open не стал, в сколько-нибудь значимом смысле, неожиданностью. Болельщики, прилетевшие из Сантьяго, Сан-Паулу, Стокгольма, стояли под дождем у закрытого стадиона, и им сообщили, что следует ожидать электронного письма. Это турнир серии Masters 1000, один из двенадцати самых престижных турниров в профессиональном теннисе. Он не может гарантировать своим платящим клиентам ни одного игрового момента, когда Южная Флорида делает то, что она надежно делает в марте.
Слово, которое постоянно используется, – «срыв». Это неправильное слово. Срыв подразумевает нечто неожиданное, нарушающее нормально функционирующую систему. То, что произошло в среду, – это система, работающая именно так, как она была задумана, и в этом вся проблема.
Стадион никогда не был решением; это был компромисс
Чтобы понять вопрос о крыше, нужно вернуться к Ки-Бискейн. Турнир проводился в Крэндон-Парке с 1987 года. Когда организаторы попытались расширить устаревший объект, семья Мэтисон, которая пожертвовала землю округу Майами-Дейд с ограничением в акте, разрешающим только один стадион на участке, подала на них в суд и выиграла. Вместо того чтобы продолжать юридическую битву, которую они вряд ли бы выиграли, турнир покинул побережье и подписал 30-летнее соглашение с Miami Dolphins на использование стадиона Hard Rock.
Логика этого решения была небезосновательной. Стивен Росс только что вложил более 500 миллионов долларов в Hard Rock, оснастив его выдвижным навесом над зрительскими трибунами, роскошными VIP-зонами и инфраструктурой, которая делает арену НФЛ по-настоящему впечатляющей. Что навес критически не покрывает, так это игровое поле. А поле — это то место, где они размещают теннисный корт.
Стадион конфигурируется путем установки временных трибун на игровом поле, при этом корт располагается примерно между двумя 30-ярдовыми линиями. Это впечатляющее инженерное решение. Однако это по определению временное решение, собираемое каждый март и разбираемое каждый апрель на участке, который турниру не принадлежит, в окружении кортов, построенных на фактически перепрофилированной парковке. Александр Зверев описал этот опыт как игру «на парковке». Каспер Рууд назвал эту организацию «дешевой». И они не ошибаются.
Контраргумент заслуживает серьезного рассмотрения, но не выдерживает его
Установка крыши на объект, который делится с франшизой НФЛ, трассой Формулы-1 и вращающимся календарем концертов и мероприятий, действительно сложна. Владельцы Dolphins должны были бы быть в центре любого разговора о структурной модификации. Проектирование выдвижной конструкции над кортом, который существует всего три недели в году, – это не то же самое, что строительство такой конструкции на Ролан Гаррос или Уимблдоне, где инвестиции амортизируются десятилетиями постоянного использования. Это реальные ограничения.
Но эти ограничения существуют с 2019 года. У турнира было семь лет и примерно полмиллиарда долларов инвестиций в площадку, чтобы начать решать эти проблемы. Вместо этого он создал ежегодный цикл срывов, извинений и хаоса в расписании, который теперь, по словам Иги Швентек, влияет на способность игроков готовиться к матчам. Когда вторая ракетка мира не может завершить тренировку, потому что объект не справляется с обычной весенней погодой, проблема переходит от неудобства к вопросу о спортивной честности.
Более широкий контекст делает это не проще, а сложнее оправдать. Семь из девяти турниров ATP Masters 1000 на открытом воздухе работают без единого крытого корта. Все четыре североамериканских турнира – Майами, Индиан-Уэллс, Канада, Цинциннати – не имеют их. Сообщается, что Italian Open обязался построить крышу к 2026 году, но она пока не появилась. Madrid Open имеет три крытых корта. Шанхай может проводиться в помещении. Из турниров только WTA 1000 крыши имеют только два китайских (Пекин и Ухань). Самые богатые, самые высокопрофильные события в самом прибыльном рыночном сегменте не построили ничего.
Это не проблема ресурсов. Это проблема приоритетов.
Что действительно должно произойти
Наиболее вероятный путь вперед – это не крыша на Hard Rock, что может быть архитектурно и контрактно запретительно, а полный пересмотр места проведения Miami Open. 30-летнее соглашение турнира действует до 2049 года. Это слишком долго, чтобы извиняться перед владельцами билетов под дождем. Если ATP, WTA и организаторы турнира серьезно относятся к сохранению места Майами среди элитных событий спорта, разговор о специально построенном сооружении должен начаться сейчас, даже если ответ будет получен через десять лет.
В промежутке минимально необходимым ответом является крытый центральный корт – одна постоянная или полупостоянная конструкция, способная проводить значимые матчи, пока основной стадион просыхает. Другие места проведения справляются с этим. Майами, со своими ресурсами и самооценкой, не захотел этого достаточно сильно.
Поклонники, пролетевшие восемь часов из Сантьяго и стоявшие под дождем в среду, не были жертвами погоды. Они были жертвами решения, принимаемого неоднократно в течение семи лет, рассматривать инфраструктуру как чью-то чужую проблему. Южная Флорида снова испытает дожди в следующем марте. И в марте после этого.
Вопрос в том, будет ли кто-либо, кто занимает влиятельное положение, по-прежнему притворяться удивленным.
